Статья журнала
Инновационное развитие регионов в условиях мобилизационной экономики: риски и программа исследования
Innovative Development of Regions under a Mobilization Economy: Risks and a Research Agenda
Цитирование
Моторин О.А. Инновационное развитие регионов в условиях мобилизационной экономики: риски и программа исследования // Управление рисками в АПК. – 2022. – № 3 (45). – С. 82–90. – DOI: 10.53988/24136573-2022-03-10.
Citation
Motorin O.A. Innovative Development of Regions under a Mobilization Economy: Risks and a Research Agenda // Agricultural Risk Management. 2022. No. 3 (45). Pp. 82–90. DOI: 10.53988/24136573-2022-03-10.
Аннотация
В статье поставлена проблема инновационного развития российских регионов в условиях мобилизационной экономики. Выделены риски пространственной концентрации, технологической фрагментации, институциональной зависимости и ресурсного истощения и предложена программа дальнейшей эмпирической проверки.
Ключевые слова
региональная экономика, инновационное развитие, мобилизационная экономика, региональные риски, пространственное развитие, агропромышленный комплекс, технологическая независимость. Oleg A. Motorin Innovative Development of Regions under a Mobilization Economy: Risks and a Research Agenda Oleg A. Motorin – Candidate of Political Sciences, Associate Professor, Department of Applied Informatics, Russian State Agrarian University – Moscow Timiryazev Agricultural Academy, Moscow, Russia, ORCID: 0000-0003-0123-2068. Annotation The article addresses innovative development of Russian regions under a mobilization economy. Risks of spatial concentration, technological fragmentation, institutional Журнал «Управление рисками в АПК». Выпуск 3 (45). 2022 www.agrorisk.ru 89 dependence and resource depletion are identified, and a research agenda for further empirical testing is proposed.
Keywords
regional economy, innovative development, mobilization economy, regional risks, spatial development, agro-industrial complex, technological independence. Введение. Изменение внешнеэкономических и технологических условий в 2022 г. поставило перед российской экономикой задачу ускоренного замещения критически значимых технологий, оборудования, программных решений и каналов кооперации. На региональном уровне эта задача не сводится к механическому увеличению расходов на исследования и разработки. Субъекты Российской Федерации различаются по промышленной специализации, научно-образовательной базе, доступности кадров, инфраструктуре и способности предприятий воспринимать новые технологии. Поэтому одинаковое централизованное воздействие может давать разные результаты и создавать неодинаковые риски. Стратегия научно-технологического развития Российской Федерации связывает технологическое обновление с ответами на большие вызовы и взаимодействием государства, науки и бизнеса [1]. Стратегия пространственного развития указывает на значительные межрегиональные различия и необходимость раскрытия экономической специализации территорий [2]. Статистические материалы фиксируют устойчивую дифференциацию инновационной активности по видам деятельности и регионам [3]. В этих условиях требуется исследовательская рамка, позволяющая рассматривать мобилизацию ресурсов одновременно как источник инновационного импульса и как фактор новых пространственных рисков. Цель статьи — сформулировать теоретические основания и программу исследования инновационного развития регионов в условиях мобилизационной экономики. Для её достижения применены системный, сравнительный и риск-ориентированный подходы. Работы по региональной инновационной политике и «умной специализации» формируют основу анализа территориальных компетенций [4, 5]. Теоретические и эмпирические исследования региональной резилиентности позволяют развести сопротивление шоку и способность к последующему развитию [6, 7], а оценки устойчивости региональных экономик к пандемийному шоку дополняют данную постановку [8]. Концепции региональных инновационных систем и различных типов близости раскрывают механизм кооперации участников [9, 10]. Статья носит программный характер: она определяет предмет, ключевые противоречия, гипотезы и направления последующей эмпирической проверки. Мобилизационная экономика как среда инновационного развития. Под мобилизационной экономикой в настоящей работе понимается режим хозяйственного развития, при котором государство и крупные экономические субъекты ускоренно концентрируют финансовые, производственные, кадровые и управленческие ресурсы на ограниченном круге стратегических задач. Такой Журнал «Управление рисками в АПК». Выпуск 3 (45). 2022 www.agrorisk.ru 90 режим не тождествен исключительно военной экономике. Его отличительными признаками выступают приоритет критических потребностей, сокращение горизонта принятия решений, усиление координации и допустимость временного отклонения от обычных критериев коммерческой эффективности. Для инновационного развития мобилизационный режим создаёт двойственный эффект. С одной стороны, гарантированный спрос, целевое финансирование и кооперация способны ускорить разработку и внедрение решений. С другой стороны, концентрация ресурсов может ослаблять проекты, не включённые в приоритетный контур, закреплять зависимость от бюджетного импульса и переносить дефицит кадров, оборудования или инфраструктуры между территориями. Следовательно, рост инновационных затрат ещё не означает укрепления долгосрочного потенциала региона. Региональные инновационные системы формируются через взаимодействие предприятий, университетов, научных организаций, институтов развития и органов власти [9]. Результативность такого взаимодействия зависит не только от территориальной близости, но и от когнитивной, организационной и институциональной совместимости участников [10]. Российские исследования показывают необходимость перехода от универсального выравнивания к учёту специализации и накопленных компетенций регионов [4, 5]. В мобилизационных условиях этот вывод приобретает особое значение: ускорение возможно там, где приоритетная задача соединяется с уже существующей производственной, кадровой и научной базой. Ключевые риски. Риск пространственной концентрации возникает, когда основная часть заказа, финансирования и компетенций закрепляется в ограниченном числе центров. Территория-донор может терять квалифицированные кадры и инвестиционные проекты, а территория-концентратор — сталкиваться с перегрузкой жилья, транспорта, энергетики и социальной инфраструктуры. Формальный рост совокупного результата при этом сопровождается увеличением межрегионального разрыва. Риск технологической фрагментации связан с замещением отдельных импортных компонентов без восстановления целостных цепочек разработки, производства, обслуживания и подготовки кадров. Локальное решение снимает текущую зависимость, но создает новые несовместимости и повышает стоимость эксплуатации. Риск институциональной зависимости проявляется, если инновационная активность сохраняется только при чрезвычайном финансировании и административном сопровождении. Наконец, риск истощения ресурсной базы возникает при использовании кадровых, финансовых и инфраструктурных резервов без их воспроизводства. Исследования региональной резилиентности показывают, что сопротивление шоку и последующая способность к развитию являются различными характеристиками [6, 7]. Эмпирические оценки устойчивости региональных экономик подтверждают необходимость рассматривать эти характеристики раздельно [8]. Различия между указанными рисками определяются механизмом возникновения и проверяемым исследовательским вопросом (таблица 1). Журнал «Управление рисками в АПК». Выпуск 3 (45). 2022 www.agrorisk.ru 91 Таблица 1 – Риски и исследовательские вопросы инновационного развития регионов Источник: разработано автором. Группа риска Проявление Исследовательский вопрос Создаёт ли проект эффекты Переток кадров, заказов и Пространственная кооперации для соседних инвестиций в ограниченное концентрация территорий или усиливает число центров изъятие ресурсов? Замещение компонента без Снижается ли критическая Технологическая формирования полной зависимость на всём фрагментация технологической цепочки жизненном цикле решения? Активность поддерживается Сохраняются ли спрос, Институциональная только специальным режимом компетенции и кооперация зависимость финансирования после завершения поддержки? Воспроизводит ли проект Текущий результат достигается использованные ресурсы и Ресурсное истощение за счёт кадровых и способность к следующему инфраструктурных резервов обновлению? Исследовательская программа. Объектом исследования выступают региональные экономические системы, включённые в процессы ускоренного технологического обновления и импортозамещения. Предмет исследования — экономические отношения, механизмы и риски преобразования мобилизуемых ресурсов в устойчивые инновационные результаты. Единицей анализа целесообразно считать не изолированный проект, а связку «приоритетная задача — региональная компетенция — кооперационная цепочка — территориальный эффект». Первая гипотеза состоит в том, что положительный эффект мобилизационного финансирования зависит от соответствия проекта накопленной специализации региона и наличия комплементарных активов. Вторая гипотеза предполагает, что устойчивость результата определяется не объёмом первоначального ресурса, а способностью закрепить компетенции, спрос и кооперацию после завершения специальной поддержки. Третья гипотеза связывает пространственную результативность с распределением эффектов: проект укрепляет региональное развитие, если создаёт межрегиональные цепочки и не формирует некомпенсируемого оттока кадров и инвестиций. Четвёртая гипотеза предполагает, что для отраслей критической инфраструктуры и АПК критерий непрерывности базовой функции должен иметь приоритет перед краткосрочной финансовой отдачей. Эмпирическая проверка требует сочетания четырёх блоков показателей. Ресурсный блок включает финансирование, кадры, оборудование и научно- образовательную базу. Процессный блок отражает кооперацию, сроки внедрения, доступность компонентов и управленческую координацию. Результативный блок характеризует новые продукты, технологии, производительность и снижение критических зависимостей. Территориальный блок должен фиксировать занятость, инфраструктурную нагрузку, межрегиональные связи и сохранение способности к следующему циклу Журнал «Управление рисками в АПК». Выпуск 3 (45). 2022 www.agrorisk.ru 92 инноваций. Сопоставление этих блоков позволит отделять мобилизационный импульс от воспроизводимого инновационного развития. Для АПК особое значение имеют территориальная рассредоточенность производства, зависимость от природных условий, сезонность, биологические циклы и критическая роль продовольственного обеспечения. Цифровизация, отечественная селекция, производство техники и средств защиты растений должны оцениваться не только по факту внедрения, но и по доступности решений для хозяйств различных типов, ремонтопригодности, кадровому обеспечению и устойчивости данных и сервисов. Иначе технологическое обновление может одновременно снижать одну зависимость и формировать другую. Выводы. Мобилизационная экономика создаёт для регионов не только ограничения, но и возможность ускоренной концентрации спроса, финансирования и кооперации вокруг стратегических инновационных задач. Однако сам по себе масштаб вложений не гарантирует устойчивого инновационного развития. Результат зависит от соответствия проекта региональным компетенциям, полноты технологической цепочки, распределения пространственных эффектов и воспроизводства использованных ресурсов. Предложенная программа объединяет ресурсный, процессный, результативный и территориальный уровни анализа. Выделены риски пространственной концентрации, технологической фрагментации, институциональной зависимости и ресурсного истощения. Сформулированные гипотезы задают направления последующего исследования российских регионов и позволяют перейти от оценки единичных мероприятий к анализу того, как мобилизационный импульс преобразуется в воспроизводимый инновационный потенциал территории. Для управления рисками в АПК практическое значение имеет требование оценивать инновационный проект по всему циклу его функционирования: от доступности критических компонентов и кадров до ремонтопригодности, масштабируемости и сохранения базовых производственных функций. Такой подход позволяет согласовать задачи технологической независимости с долгосрочным развитием регионов. Методическая схема эмпирической проверки исследовательских гипотез Для эмпирической проверки предложенной программы единицей наблюдения целесообразно считать связку «регион — приоритетный инновационный проект — кооперационная цепочка». Такой выбор позволяет сопоставлять мобилизуемый ресурс не с абстрактным региональным результатом, а с конкретным механизмом его преобразования в технологическое и территориальное изменение. Для каждой связки фиксируются исходная специализация региона, состав участников, объем и форма поддержки, критические зависимости, сроки внедрения и ожидаемые эффекты. Дизайн исследования должен сочетать межрегиональное и динамическое сопоставление. Межрегиональный контур предполагает подбор групп Журнал «Управление рисками в АПК». Выпуск 3 (45). 2022 www.agrorisk.ru 93 территорий с близкой отраслевой специализацией, но различающимися институциональными условиями и конфигурацией кооперации. Динамический контур предусматривает сравнение состояния до запуска приоритетного проекта, в период мобилизации ресурсов и после завершения специального режима поддержки. Это позволяет отделить краткосрочный импульс от устойчивого изменения инновационного потенциала [6]. Ресурсный блок включает расходы на исследования и разработки, численность профильных кадров, наличие научно-образовательных организаций, производственного оборудования и инфраструктуры. Процессный блок характеризует устойчивость кооперационных связей, сроки прохождения стадий разработки и внедрения, доступность критических компонентов и качество координации. Результативный блок фиксирует внедренные продукты и технологии, снижение критических зависимостей, изменение производительности и способность решения к масштабированию. Территориальный блок отражает занятость, миграцию кадров, инфраструктурную нагрузку и распределение эффектов между участниками цепочки [3, 5]. Сопоставление четырех блоков позволяет различать несколько типов результата. Первый тип — воспроизводимое развитие, при котором проект создает компетенции, устойчивый спрос и новые кооперационные связи. Второй — временная мобилизационная результативность, сохраняющаяся только при специальном финансировании. Третий — локальное технологическое замещение без восстановления полной цепочки жизненного цикла. Четвертый — пространственное перераспределение, когда совокупный эффект достигается за счет оттока ресурсов из других территорий. Для оценки рисков каждому проекту может быть сопоставлена матрица, объединяющая вероятность проявления пространственной концентрации, технологической фрагментации, институциональной зависимости и ресурсного истощения с масштабом их последствий. Экспертная оценка должна дополняться наблюдаемыми показателями: изменением кадрового состава, долей локализованных стадий жизненного цикла, продолжительностью кооперационных связей и сохранением спроса после завершения поддержки. Такая конструкция не подменяет количественный анализ экспертным мнением, а связывает статистические показатели с механизмом возникновения риска [7, 8]. В АПК дополнительным критерием является сохранение непрерывности базовой производственной функции. Инновационный проект может быть признан результативным только тогда, когда технологическое обновление не снижает доступность ремонта, расходных материалов, данных и квалифицированного сопровождения для сельскохозяйственных товаропроизводителей. Поэтому анализ должен охватывать не только момент внедрения, но и эксплуатационный цикл, сезонные ограничения и способность решения работать в распределенной производственной среде. Ограничением предлагаемой схемы является неодинаковая доступность проектной и региональной статистики. Часть эффектов проявляется с Журнал «Управление рисками в АПК». Выпуск 3 (45). 2022 www.agrorisk.ru 94 временным лагом, а институциональная устойчивость не всегда непосредственно измерима. Для снижения этого ограничения требуется комбинировать официальные показатели, документы проектов, интервью участников и анализ межорганизационных связей, явно разделяя наблюдаемые данные и экспертные интерпретации. В таком виде исследовательская программа становится проверяемой и может использоваться для последовательного накопления сопоставимых региональных кейсов. Источники: 1. О Стратегии научно-технологического развития Российской Федерации: Указ Президента Российской Федерации от 1 декабря 2016 г. № 642 (ред., действовавшая в 2022 г.). URL: http://pravo.gov.ru/proxy/ips/?docbody=&nd=102417168 (дата обращения: 15.12.2022). 2. Об утверждении Стратегии пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года: распоряжение Правительства Российской Федерации от 13 февраля 2019 г. № 207-р. URL: https://www.economy.gov.ru/material/dokumenty/rasporyazhenie_ot_13_fevralya_20 19_g_207_r.html (дата обращения: 15.12.2022). 3. Индикаторы инновационной деятельности: 2022: статистический сборник / Л. М. Гохберг, Г. А. Грачева, К. А. Дитковский [и др.]. М.: НИУ ВШЭ, 2022. 292 с. URL: https://issek.hse.ru/mirror/pubs/share/589979442.pdf. 4. Земцов С. П., Баринова В. А. Смена парадигмы региональной инновационной политики в России: от выравнивания к «умной специализации» // Вопросы экономики. 2016. № 10. С. 65–81. DOI: 10.32609/0042-8736-2016-10-65-81. 5. Земцов С. П., Мурадов А. К., Баринова В. А. Факторы региональной инновационной активности: анализ теоретических и эмпирических исследований // Инновации. 2016. № 5 (211). С. 41–51. URL: https://www.iep.ru/files/persona/zemtsov/Zemcov_C.P.%2CMuradov_A.K.%2CBarinov a_V.A.Faktory-regional%27noj-innovacionnoj-aktivnosti-analiz-teoreticheskih-i- ehmpiricheskih-issledovanij.pdf. 6. Климанов В. В., Казакова С. М., Михайлова А. А. Региональная резилиентность: теоретические основы постановки вопроса // Экономическая политика. 2018. Т. 13. № 6. С. 164–187. DOI: 10.18288/1994-5124-2018-6-164-187. 7. Климанов В. В., Казакова С. М., Михайлова А. А. Ретроспективный анализ устойчивости регионов России как социально-экономических систем // Вопросы экономики. 2019. № 5. С. 46–64. DOI: 10.32609/0042-8736-2019-5-46-64. 8. Малкина М. Ю. Устойчивость экономик российских регионов к пандемии 2020 // Пространственная экономика. 2022. Т. 18. № 1. С. 101–124. DOI: 10.14530/se.2022.1.101- 124. 9. Cooke P. Regional Innovation Systems: Competitive Regulation in the New Europe // Geoforum. 1992. Vol. 23. No. 3. P. 365–382. DOI: 10.1016/0016-7185(92)90009-Y. 10. Boschma R. Proximity and Innovation: A Critical Assessment // Regional Studies. 2005. Vol. 39. No. 1. P. 61–74. DOI: 10.1080/0034340052000320887. References: Журнал «Управление рисками в АПК». Выпуск 3 (45). 2022 www.agrorisk.ru 95 1. President of the Russian Federation. Strategy for Scientific and Technological Development of the Russian Federation: Decree No. 642 of 1 December 2016 (version in force in 2022). (In Russ.) 2. Government of the Russian Federation. Spatial Development Strategy of the Russian Federation until 2025: Order No. 207-r of 13 February 2019. (In Russ.) 3. Gokhberg L. M., Gracheva G. A., Ditkovskiy K. A. et al. Indicators of Innovation in the Russian Federation: 2022. Moscow: HSE University, 2022. 292 p. (In Russ.) 4. Zemtsov S. P., Barinova V. A. The Paradigm Changing of Regional Innovation Policy in Russia: From Equalization to Smart Specialization. Voprosy Ekonomiki. 2016, (10):65– 81. DOI: 10.32609/0042-8736-2016-10-65-81. (In Russ.) 5. Zemtsov S. P., Muradov A. K., Barinova V. A. Factors of Regional Innovation Activity: Analysis of Theoretical and Empirical Studies. Innovations. 2016, (5):41–51. (In Russ.) 6. Klimanov V. V., Kazakova S. M., Mikhaylova A. A. Regional Resilience: Theoretical Basics of the Question. Economic Policy. 2018, 13(6):164–187. DOI: 10.18288/1994-5124- 2018-6-164-187. (In Russ.) 7. Klimanov V. V., Kazakova S. M., Mikhaylova A. A. Retrospective Analysis of the Resilience of Russian Regions as Socio-economic Systems. Voprosy Ekonomiki. 2019, (5):46–64. DOI: 10.32609/0042-8736-2019-5-46-64. (In Russ.) 8. Malkina M. Yu. Resilience of Russian Regional Economies to the 2020 Pandemic. Spatial Economics. 2022, 18(1):101–124. DOI: 10.14530/se.2022.1.101-124. (In Russ.) 9. Cooke P. Regional Innovation Systems: Competitive Regulation in the New Europe. Geoforum. 1992, 23(3):365–382. DOI: 10.1016/0016-7185(92)90009-Y. 10. Boschma R. Proximity and Innovation: A Critical Assessment. Regional Studies. 2005, 39(1):61–74. DOI: 10.1080/0034340052000320887. Журнал «Управление рисками в АПК». Выпуск 3 (45). 2022 www.agrorisk.ru 96